spicy_holo: (maxim)
Москва, как торт “Наполеон”,
Слоями времени иного.
Не знает термина “неон”
Изгиб Большого Дровяного.

Закрытый марлей старый дом,
Косится под уставшей крышей.
И все проходит чередом,
И мы проходим. Любим, дышим.

В осаде каменных оград,
Под сенью золоченых шпилей,
Мы, неприкаянный отряд,
Шинели в придорожной пыли,

Мы были здесь и навсегда,
Мы здесь держали оборону...
Все смыла талая вода,
Легко, незримо, непреклонно.

Я прохожу своим путем,
Пешком пронзая переулки,
И окна светятся огнем,
Мои шаги упрямо-гулки.

Но тщетно все, за годом год,
Снесли дома моих любимых,
И не найти случайный брод,
Чтоб миновать дурную зиму.

Москва, ты нас пережила,
Не вспоминая и не зная,
Ты не жалела нам тепла,
И никогда не знала края.

Но вот, который год подряд,
Мы здесь, гадая, или - или…
Мы, неприкаянный отряд,
Шинели в придорожной пыли
...

18.12.16.
spicy_holo: (kobayashi)

Ну а как еще это назвать? Встала задача обеспечить елкой наших подшефных детдомовцев. Банальная, в общем-то задача, на день возни. Отработанная за годы до мелочей. Берется спирт в достаточном  количестве, или коньяк, и идется бодрой рысью в лесничество. А у них там и трелевщик, и делянка, и грузовик - все всегда есть. И поскольку ты тушил им пожары все лето, тебе там рады и вроде как, благодарны.

Я построила новобранцев, взяла капеллана, и мы побежали, радостные от предвкушения. Порешали задачи, пофорсировали, порыхлили снега и к обеду прибыли в лесхоз. Я велела ребятам разминаться, чтобы с пылу, с жару не остыть, а сама пошла в контору. Там меня встретило какое-то заседание, унылое, как гражданская панихида по менту. Я дождалась его окончания, вытянула главного и под локоток его увлекла на волю. Покурили. Я объяснила цель прихода, достала из рюкзака две пятилитровки ферейновского спирта. Главный помрачнел и сказал, что времена нынче не те. Теперь все через контору и за наличные. И грузите сами, и с шофером за извоз тоже сами рядитесь. Так-то, вот.

Сказать, что я присела, это ничего не сказать. Но не измеилась в лице, отошла на шаг, смеряла взглядом тушку главного. Уронила в снег спирт и тут на мне повис Тепляков, нежно, но твердо сжимая мои локти сзади. Говори, что хочешь, а руками не трогай... - прошептал мне табаком в ухо старшина. Главный лениво повернулся и пошел к крыльцу. Его пятеро подручных, с кем мы валежник таскали летом и рыли обводные траншеи, как ИМРы, хлопали глазами на всю эту сцену, но ничего не предпринимали.

Мне не подобает браниться с чернью, как базарной торговке дайконом. Я все же офицер, и к тому же не совсем еще падшее божество. Я сказала негромко, но твердо, так, чтобы до крыльца долетело тоже - вы мне должны за это лето, поэтому я заберу долг, прямо сейчас. Если не хотите ненужных жертв, укажите делянку и номер. Иначе я выберу сама. И горите следующим летом хоть до трусов, я не приду. У меня забор бетонный, все одно не сгорит.

Главный обернулся и сказал - елка четырехметровка тридцать тысяч. А возьмешь сама, я ее сактирую и передам в ментовку акт, крутись, как хочешь. На том и расстались. Старшина отпустил мои локти, загрузил спирт в свой рд и построил тройки на выход. Уходя, я так пинком распахнула им калитку, что створка улетела в сугроб, да там и застряла. Бляди. В принципе я давно знаю, что некоторые люди добра не помнят, и живут так, что завтра хоть пожар, а сегодня я при своих. Прискакали мы в базу, и старшина отмачивал меня чабречным чаем и с кухни принесли ватрушки. Я постепенно оттаяла, взяла планшет и пошла на мостик. Развернула карту района, стала намечать пути и расстояния, разумеется, я решила взять елку сама, на дальнем краю лесничества, где сроду не было ни одного обхода. За этим занятием меня застал шеф. Юлить я не стала, доложила, как есть. Шеф обругал меня и сказал, что надо скинуться и забашлять, чтоб потом с ментами не возиться. Я сказала, что принципиально не дам ни рубля.

Вот сижу теперь и думаю, что правильно будет сделать по теме задачи? Склоняюсь к тому, что силами трех троек я унесу ель просто так, без денег. Планирую на вечер воскресенья, когда у лесарей банный день будет в самом разгаре. Вот не было печали...

spicy_holo: (maxim)
Не стоит гадать - уходить ли, простить ли,
и множить печаль, познавая заранее,
Как Время, сильнейший из всех окислителей,
Вливается в камеры сердца сгорания.

Туда же, потоком иль робкою каплей,
У каждого разно, но суть неизменна,
Любовь, это лучшее топливо, так ведь?
Согретая Солнцем частица Вселенной.

И взрыв. И удар. И презреть расстояние,
И кровь размешать, как холодную смазку.
Забиться под коркой, ура - зажигание!
И скинуть вину, как постылую сказку.

И крикнуть. Так важно, чтоб кто-то услышал.
И слышать себя. И дышать неумеренно.
И в небе ночном поднимайтесь повыше,
Я все проходила, не бойтесь, проверено.

Не бойтесь сказать о любви или смерти,
Не бойтесь, одно без другого немыслимо,
Не бойтесь. Я тоже боялась, поверьте...
Но все это спит под осенними листьями.

Живите, какими бы вас не считали,
Другие, смешные, шальные, беспечные!
Живите сейчас. Нажимайте педали.
И миль, и часов не жалейте для встреченных.

Тепла не жалейте, улыбку пошире...
И вспомните, вдруг навещая родителей,
Любовь это лучшее топливо в мире,
А Время - сильнейший из всех окислителей
.

аэродром Чкаловский, 11.12.16
spicy_holo: (spy wolf)
Шойгу потребовал выполнить все планы Минобороны на год до конца декабря

"До конца года остается месяц. За это время необходимо безусловно обеспечить выполнение и реализацию намеченных планов по всем направлениям деятельности Вооруженных сил", - сказал Шойгу.

#кругомбегомобстенкулбом.

И так всегда. Кто-то мумукал вола пол-года и вот сейчас за месяц с выходными напряжется, стрясет с себя негу и обеспечит выполнение. Я ела не досыта, спала без просыпа недосыпала, короче, и то нихрена не успеваю, не вылезаю из выходов и со стрельбищ, а уж если ты манал на все планы, то ни за что не успеть. Но по бумажкам все успеют, нормативы сдадут, рубежи возьмут, отроют, отстроят, покрасят, утрамбуют ногой и таблички развесят. Потому как если ты не успеешь, грош тебе цена и вертеться не умеешь. "Вертеться" я ненавижу.

Смотрю на соседей. Слава скачет резвым кроликом - то лбом стены ломают, то трубы гнут руками под его чутким руководством, но ремонт не успеют, как ни крути. Пришла пора за их мелкие пакости отлить им одну большую пакость в оборотку. Завтра ночью темной сходим к ним в расположение и на белой стене казармы отреставрированной я самолично напишу бордовым суриком аршинными буквами "СЛАВА ТРУДУ!" И прикол, и нам мероприятие. Даже месть  можно всунуть в учебный план, если правильно подобрать формулировки. А уж это не проблема.

Сегодня понаблюдаем их периметр в рамках задач по тактике, а завтра рванем. Решения министра обороны - в жизнь. Заждались, поди))?
spicy_holo: (kobayashi)
0_151711_29c71fd_orig

Новый год. Замерзают порты и
суровеет взгляд василиска.
И на Кубу со мною уже не уйдет
Пароход.
Мне тепло в одеяле судьбы.
Фаталистка.

Новый год. Он разделит живых
И одетых в последнее древо.
Предначертан исход,
и на нервах играет конвой
Шаг вправо, шаг влево…

Новый год. Новый взгляд и снегами
Укрыто пустое седло перевала.
В тихом шелесте вод
На запястье легчают часы,
Это времени мало.

Новый год. Новый шаг за истертый порог
Материнского дома.
Тихо тает и звякает лед.
И подкинуты в печку листы
Из последнего, главного тома.


27/11/16
spicy_holo: (akitsu)
189
В понедельник вечером Фубуки-тян Зумвальт-тян опять сломала ногу перегрелась в Панамском канале. Перегрелась на малом ходу, в итоге обесточились системы управления оружием, навигация и ходовая. Если так пойдет и дальше, не бывать ей лидером эсминцев. Пока же кАлечная Зумвальт-тян оттащена в Бальбоа, где преданные режиму феечки уже клацают на калькуляторах стоимость и продолжительность ремонта. Адмиралу и налогоплательщикам приготовиться скидываться на лекарства и питательный раствор. Ну, да Зумвальт-тян нам всем еще покажет, когда представится ей шанс пульнуть своими супердорогимидальнобойными патронами по наши устаревшим перелатанным корытам.

Утра всем! Мрррч. 
spicy_holo: (jungle.holo)
IMG_20161031_122947_819

Одиночество, привычки,
Мягкий плед.
Новый день, будильник, кофе,
Пистолет.
Электричка, сон, вино
И белый снег
Птичий след, перчатки, иней,
Слабость век.

Мысли, песни, пульс, табак
и мягкий кот.
Мюсли, тмин, миндаль и фильм
Наоборот.
Магазин, патрон, затвор,
Дрожанье рук,
Ветер времени, забор,
И дятла стук.

Легкий шаг, часы, метель, камин,
дрова,
Шардоне, зефир, пустая голова,
Мендельсон, рояль, свеча,
И листья нот.
Ветер с моря, мачты скрип
И мягкий кот.

Электричка, песни, дым, туман,
“Шанель”,
Правой снизу, лбом в стекло, дрова,
Метель,
Одиночество, затвор, табак, игра,
Мягкий плед, патрон, коньяк.
И до утра.


Москва-Монино, 22.11.16
spicy_holo: (panzer_cpt)

Служба приучила меня к тому, что если впереди маячит более двух часов безделия, то их следует комфортно проспать. Если знаешь, что-почем, у нас это вполне можно сделать. Можно завалиться на мягкий дермантин кунговских откидушек, можно на дерюжные мешки штабелем, а есть еще пара мест, о которых не скажу, а то придется вас убить и съесть. Главное, не спать там, где тебя легко обнаружить, там, где ты предсказуемо беззащитен и не прикрыт бетоном.

Я отдежурила в центральном,  и когда Питомцев подоспел мне на смену, пошла развеяться на свежий воздух. И так мне спать захотелось, что, не долго думая, свернула в зону консервации и в кунге там прикорнула. Не знаю, что меня так зарубило, но в спешке, уходя из центрального, я забыла свою трубку (которую курят) на столе. Питомцев же обожает сидеть на столе, уставившись в горизонт. Ну и конечно, он сел на мою трубку. Чашка отломилась по фланец мундштука, часть его застряла внутри канала чашки. Блдь. Эта трубка была моей любимой трубкой и надо ж было этому питерскому носорогу так ее приложить... Когда-нибудь этот мечтательный пастух сядет на термитник или на соляной столб лишь потому, что не удосужится посмотреть за корму, увлеченный мыслительной работой. В итоге, проснувшись, я пошла искать трубку и нашла их обоих, там, где и оставила. На столе в центральном посту. Капитан пытался приладить мундштук, но куда там... Я молча открыла телефон, нашла трубку в инете и показала капитану ценник.

- А подешевле нет, часом? - удивился Питомцев, рассматривая ногти на руках.
- Есть. Но нужна именно эта. Стейнвелл, с чашкой из месопотамской вишни и серебряным колечком у переходника. В другой раз будешь думать, куда роняешь свой транец.
- Жена не одобрит... - отступил на последний рубеж обороны Питомцев, зная, что меня это особо не пронимает, его семейные залеты.
- Мон шер, я вижу вас в серебряном веке, с гусарскими эполетами и венгеркой. Проигравшись князю Вяземскому в преферанс, вы тоже скажете его сиятельству, простите, князь, жена не одобрит мой этот платеж, увольте-с. Это смешно, не находишь?

Питомцев вздохнул, длинно и уныло. Деваться некуда, влетел, так влетел. На минуту мне стало его жаль, и я едва не включила заднюю, у меня еще три трубки, переживу, в конце концов. Но этот негодяй сам себе все испортил.

- А может, мы тут вот приклеим суперклеем и все, будет, как новая, смотри! - капитан радостно приложил мундштук к срезу чашки и, как пионер на линейке, преданно посмотрел на меня со стола.
- Мааалчать! Право на борт! Маалчаать! Право на борт! - я даже подпрыгнула от такой наглости. Воистину, некоторые люди мягкое обращение готовы принять за слабость.

- Потрудитесь, чтобы в ближайшие пару суток моя трубка прибыла на этот стол, дорогой мой капитан, иначе нас ждут тяжелые времена, я становлюсь нетерпимой к окружающим и могу сорваться на геноцид. - я достала запасную трубку и пересыпала табак из сломанной на лист бумаги. Размяла, перемешала и стала набивать заново.

Запасная у меня трубка London Bridge, скромная походная вещь без фильтра и без охладителя, настоящий прямоток)). Она и меньше, и менее пафосная. Закурила. А тут и шеф приперся и прервал нашу дискуссию, походя заметив, что если ты не на вахте, то вали курить на внешний  балкон, к дальномеру. Мы такие стоим с двумя трубками в руках, надымлено, а шеф такой говорит Питомцеву - я разочарован, нах, потому как думал, что вы подадите ей пример воздержания и здорового образа жизни, а вы, нах, вместо этого потворствуете и распаляяете весь этот декаданс. Запомните, капитан, что можно Юпитеру, того нельзя быку, поэтому, кругом марш и бегом на ближний круг. Я верну вам тонус. Выпалнять!

И уже глядя в спину убегающего и шипящего Питомцева, обратился ко мне, спокойно и без истерик - ишь, Таня, приедут в наши леса из Петергофа и думают, что им тут летний сад и чугунные ограды, да? А накурил-то как, хоть прожектора включай...

Мой смех долго отражался от стекол вышки центрального, я не стала разубеждать руководство.

spicy_holo: (U-Holo)
Часы сломались, время на исходе
Сознание предав, дрожит рука,
И клинит, клинит револьвер на взводе,
И пальцем слабым не сломить курка.

И капает вода, чернила сохнут,
За окнами взлетает к небу снег,
И вроде рановато, чтобы сдохнуть,
Но как продолжить неизменный бег?

И для чего? В источнике покоя
Заснет лица уставший циферблат,
Как раненый корабль в черте прибоя,
Часы уснут под времени накат.

И в этот миг, когда последним махом
Ударит сердца заводная медь,
Ты навсегда расстанешься со страхом
Неверно жить и скучно умереть.

Все спишется, долги или простуда,
И переход на яркий красный свет,
Все лишнее уйдет без зла и спуда,
На странном перекрестье рук и лет.

Но часовщик на кожаной подложке
Кладет масленку, отпустив тиски...
И маятник качнет не понарошку,
И ты живи - без боли и тоски.
spicy_holo: (TGD01)
Война, она не только там, где линия фронта. Она глубоко по обе ее стороны. И когда ты рядом, когда близко, то всюду, в каждом резком и громком  звуке слышится ее эхо.

Черные руки беженцев
Гладят траву у чужого дома
По окраине села Снежное
Путь проложен из жен во вдовы.

Он заметен на пашнях брошенных,
На подсолнухах в белом инее,
Птицы вьются над ним, встревожены
Этой тонкой красною линией.

Ненаглядные и любимые,
Долгожданные и желанные,
Седина к вам приходит зимами,
Пробираясь полями бранными.

И морщинки у глаз прорежутся
С писем в сумке у почтальона,
Что идет по окраине Снежного,
Как последний солдат батальона.

Он не рад, что живой, не призванный
Ни судьбой, ни военкоматом,
С черной сумкой с чужими жизнями
Он приходит перед закатом.

И тогда, дорогие и нежные,
Этой ночью зажжется снова
На окраине села Снежное
Млечный путь, что из жён во вдовы...


5 ноября 2016 г., Ростов.
spicy_holo: (spy wolf)
Вообще надо бы сохранить в памяти то самое чувство, когда за тысячу километров от Центра Вселенной ты едешь усталая и сонная в маршрутке, почти засыпая на дивных колдобинах, и вдруг над ухом спокойный хриплый, рабочий такой, голос говорит водителю: “У Марса притормози…” И ждешь перегрузки, и невесомости, и грохота магнитных подков. Но это всего лишь торговый центр. Но со сна чается иное. Отменное чувство, на землю после него неохота…

Димитриевскую субботу я провела в великом граде Ростове, месте расформирования нашей группы. Все, кто остался, собрались вместе, чтобы вспомнить тех, кто выбыл. Перекличка команды “Китакадзэ” и тех, кто еще на берегу… Я не сторонница обрядов и поминок, я сложно дружу с христианством, но тут все отходит на второй план. Я захожу в храм и ставлю свечи, много. Ярких. Я хлопаю в ладоши по привычке у алтаря и священник с добрыми глазами бывшего снайпера укоризненно смотрит на меня из-за колонны. А потом мы сидим в ресторанчике на одной из привокзальных улиц Ростова и все так, как в тот день было. Только бесхозных стопок прибавилось. А жизнь продолжается, и новая поросль уже готова тянуться к солнцу.

Время отучило меня плакать по всяким бытовым поводам, да тут дело другое. Чтоб никто не видел, вышла покурить, накинув бушлат на плечи. Трубка задымила и на дым можно списать всякие слезы. И тут, ба, священник тот самый, в гражданском уже, с сумкой через плечо, идет с остановки прям к нашему шалашу. Поровнялись. Что, отче, спрашиваю, есть, кого помянуть-то тоже? В каком полку служили? Он дернулся маленько, но взял себя в руки. Есть, говорит, как не быть. Тут такое место, новых привозят по два раза на неделе. Да я не про сейчас. По глазам вижу, что вы не только кадило в руках держали и прикладывались не только к Николаю Чудотворцу. Но если ошиблась, прошу пардону.

Нет. Я редко ошибаюсь. Служил он, конечно. Пригласила присесть с нами, а он и не отказался. В общем, хорошо все пошло. Гладко и справно. Носа он не воротил ни от спирта, ни от сервелата, а когда горячее подали, мы уже были на “ты” все. Хорошо попрыгал дядя по Аму-дарье и ее окрестностям, прям биография. А сейчас то господу служит в храме, то в республике на передовой из станкача крестит. Вот я удивилась, как же, мать его, он так ловко переключается, аж завидно стало. А он такой говорит - а у кого нету меча, отнесите, что есть, к меняле и обретите себе меч, и оберните его ко врагам братиев своих. И стану я заступником веры вашей среди вас. Так вот. Силен дядя в слове божием. Пили мы, ели, всех поименно вспомнили, да поехала я в обратный путь.

И стало мне так легко и спокойно, что полумалось, а может снова храм открыть свой? Счас, говорят, можно. Регистрацию только сделать надо.
spicy_holo: (witch02)
Хех, первый снег для меня всегда праздник. Праздник труда и любви, как для многих первое мая. Надо многое сделать перед тем, как можно будет считать летний сезон законченным. Традиционно, я и Питомцев вместе принимаем участие в уборке первого снега с дежурной сменой, мы им обсыпаемся и кидаемся. А потом пьем коньяк и лимонный "перье". И всяко радуемся жизни.

Получение маскхалатов и зимней дозорной одежды мы превращаем в массовый карнавал, когда все кружится, летит, мелькает и все к нашей пользе. А в этом году у нас новая фишка - выдали нам таки маскировочную зимнюю ленту для оружия и обвеса, а раньше мы ее за коньяк у Славы КПСС выменивали. И хватало ее только на секреты, а сейчас хоть умотайся весь в полный рост. Сидим вот, мотаем.

Питомцев ножичком располовинил ленту и пытается свой табельный пистолет обмотать ею. Кропотливая и тонкая работа, доложу я вам, не каждому под силу. Но нас же трое - он, я и Реми Мартэн, справимся. А еще я сделала неожиданное открытие - моченые яблоки с морозца отменно раскрывают вкус теплого коньяка. Век живи - век учись.) Ну и традиционно, стихи в честь первого снега! Мрр!


Вот первый снег, как первая тетрадь,
Еще не знает боли и проклятья.
Как лезвие клинка, как божья благодать...
Чего еще могла себе желать я,

На белой скатерти раскрытого окна,
Задумчиво ища пути приметы?
Позиции оставила весна,
И стройным маршем отступило лето,

И осень, не узнавшая тепла,
Своих листов хоронит сонм летучий,
И писем нет, лишь теплая зола,
И белый снег из низкой серой тучи.

Летит, как с “дугласа” подбитого десант,
Чтобы закончить наше окруженье,
Мон шер ами, лей антидепрессант
Французского дубового броженья,

Да не жалей. Успеем ли допить
До новогодних праздничных метелей...
И новый год. И надо снова жить.
И новый смысл искать у старых целей.
spicy_holo: (TGD01)
Дороги это странное состояние. Когда ты не здесь и не там, а как бы между и вот это вот "между" обретает смысл и явные очертания. Когда едешь за рулем, дорога явственно проходит через тебя, каждый ее сантиметр. Руки чувствуют ее пульс. Забавно думать о том, что вокруг тебя летят пространства, люди, места, но ты никогда их не узнаешь и не увидишь вблизи. Это все как бы между прочим, не важно, но все равно тревожит и будоражит. Эти огоньки далекого жилья, дымы костров и печей, отблески стекол. Там тоже жизнь и суета, но ты никогда не станешь ее частью, и скоро забудешь, где все это видел. Вселенская такая картина - все рядом, но вне досягаемости. Все видно, но без деталей. Все канет в темноте за стеклом, чтобы никогда не явиться вновь.

Машина повела себя отлично, как и подобает немецкому железу. Уверенно, надежно и без глупостей сделала 1000 км. Отличные седла, за 7 часов пути спина не стала каменной. Recaro лучшими были в мире гражданских седел, сейчас все на порядок хреновее в моделях этого ценового класса. Поэтому новой машинке присвоено имя Ягдтигр-чан, она тяжелее вектры и как-то менее фанерно ведет себя на асфальте.



Осталось досервисить подвеску переднюю, тормозную систему по кругу и усилить передний свет. Постепенно доделаю. А так все штатно, только на работу не хочется. Но куда ж они там без меня).
spicy_holo: (akitsu)
Вторые сутки сижу на тем, что подбиваю итоги лета. Оно на события было не столь богато, как прошлое, спокойное было и плавное. Это и хорошо, и плохо, потому как кипеш необходим, чтобы держать в тонусе персонал. К лесным пожарам тут, кажется, все уже привыкли, как и к тому, что местное зверье пытается периодически по дури прорвать внешний контактный периметр. Старательно пишу в бумажку о слопанной тушенке, о расстрелянных либералах патронах, об ином утраченном имуществе. Все, что взято из копилки родины, должно быть или возвращено, или списано, а запасы - пополнены. Это лето было скупо на тепло и море, зато гульнуло потерями. Смотрю на список команды "Китакадзэ", там все меньше свободных мест. Но есть еще, есть.)

Подрядчик закончил работы в вентиляции третьего и пятого блоков, в этот раз умудрились никого не забыть и ничего не попытались спи... вынести, а то были тут как-то приглашенные электрики, так те на третьи сутки своего одного не досчитались. Искали потом его всем собором, еле нашли. А заодно под шумок пытались танковый перископ свиснуть из укладки. Вот нахрена? Вещь интересная, но к " Жигулям" не подходит. Кратность там не большая, а весу кил двадцать, не меньше...

Смешные люди. Разве ж у меня спи... унесешь, да еще такую здоровую железяку? В этом сезоне как-то подозрительно все по плану и сходится с ответом. Может, я чего-то не замечаю... Да нет, вроде. Ладно, надо дописывать последние страницы и заняться уже делом. А дел немеряно. Осенне-зимнее снаряжение не проветрено и не осмотрено на предмет повреждений. Единственная покупка этого сезона  - швейцарский китель из настоящего фельдграу образца 1960 года с хранения еще не отпарен и не обношен. А уже пора!

Так что осенние заботы и осенние визиты наступают, пора идти. Мрррч!
spicy_holo: (solar wings)
Ты звала меня - Ветер Осенний,
Я называла тебя - Сихайя,
Твой голос звенел, как упавший пенни,
И все было ярким, как солнце мая.

Все было просто, тепло и ясно,
И мы гуляли, держась за руки,
Мускат был белым, рейнвэйн был красным,
И не летали по небу “штуки”.

Нам все испортил год тридцать третий.
Ты стала строже, я стала старше.
Весна бушует на белом свете,
Ты на заставе, а я на марше.

Удар в лицо сорок первой осенью
Мир пошатнулся и сердце в паузе.
Ты верна и стройна, (как) винтовка Мосина,
Я капризно-точна, (как) винтовка Маузера.

Помнишь, под Вязьмой, искали друг друга,
Трогая стены прицельными нитями,
Я оптикой Цейсса прицельного круга,
Тянулась к тебе, поддаваясь наитию.

И ты, ты хотела меня, обреченную
Убить ли, спасти - через годы не важно.
Ты нежно брала мое ложе точеное
Руками в крови и кордитовой саже.

Мы вместе валялись в разбитом окопе,
Штыками в земле очертя сокровенное.
Дыхание замерло, сердце на стопе,
Лишь небо над нами ползло неизменное.

По разные стороны явственной сути,
Мы все же одно, неделимое, целое,
Мы шепчем друг другу, пусть будет, что будет,
И лица целуем уставшие, белые.

Война - наш хлеб, и не надо сдачи,
Пора рождаться, стрелять и петь.
И я желаю тебе удачи,
  хоть понимаю,
   что это смерть.
spicy_holo: (fallshirm_holo)
Знаете, друзья мои, что печалит и грустит меня этим неплохим, тащемта, утром? А то, что ведешь строй в тридцать рыл без малого, одетый по форме, не больных и не арестантов, и надо бы спеть чего-нить, душа просит. Но нет. В учебке не выдали слова, отряд не знает ни одной песни. Ни одной, Карл, песни для строя с оркестром. Кто-то что-то слышал когда-то, но в основном тишина.

Предупреждаю, хромое патриотическое воспитание в средней школе и в средней семье доведет до цугундера. Мы тут, конечно, поработаем, но хотелось бы все же заниматься более важными вещами, и так времени нет нихрена ни на что. Хорошо, что хоть старшина еще не склеротик, помнит, пехота. Поем на два голоса - сомненья прочь, уходит в ночь отдельный...

Это ебаный стыд, дорогие мои. Можно сколь угодно много уделываться по вопросам жизни в социуме и топить против кроваваго режиму, но когда поколение не в курсе своей истории, хотя бы ближайшей, то это ну... Блять.

Короче, чем дальше в лес, тем толще партизаны. Армия это вам не копер, которым людей в реальность заколачивают за полтора года. Армия это токарный станок, который из болванки с минимальными потерями шелухи вытачивает суть, бронебойный сердечник - способность человека не только жрать и трахаться, но и приносить пользу своей жизнью, а если надо, то и смертью. А если в шпиндель этого станка будет зажато полужидкое сырье, то на выходе мы получим веер нелицеприятных брызг с запахом отнюдь не сирени.

Ладно, привал окончен, пора на маршрут. Утреца вам всем!
spicy_holo: (kobayashi)
Нород наш на забавы всякие горазд. Может ради забавы медведЯ в лицо палочкой потыкать или там сунуть что-нибудь во что-нибудь, апсалютна с тем не совместимое. Да еще и протолкнуть для верности, если оно не лезет. Ради забавы может прицепиться к электричке снаружи и так ехать зимой в метель. Короче, у нас самый забавный нород.

Раз в пять лет нород у нас выходит в политику и как пробывший годы в коме больной начинает судорожно вникать в тексты предвыборных программ и в конце концов решает - че вникать? Забава же и к томуж водки по 150 наливают.

В нашей округе выборы прошли ни шатко, ни валко и в итоге кое-где переросли в полноценное гуляние, а местами и в поножовщину. С самоварами, самогоном, самоходными артустановками и самопальными бюллетенями с изображениями святых. В селе С, что от нас на юг-юго-запад, сожгли кхерам строящийся клуб и прилегающую к нему библиотеку, каковая одна на пять сел. В дыму и неразберихе пожарных никто не вызвал. Хорошо, что стояло это все на отшибе и на дома норода не перекинулось.

Выехали на место, оказать нороду поддержку, так что б вы думали? Дым, гарь, свиньи бегают вперемешку с нородом, массовые волеизъявления и ни одного не то что мента, но и пожарного. В итоге все потухло само, а пьяного участкового, "поехавшего за подмогой", нашли спящим в своей омерзительно пахнущей восьмерке в лесу километрах в трех от села С.

В это же время в противоположной от нас стороне, в поселении Д. хотели побаловаться в день выборов шашлычком, для чего умыкнули на дачах полупустой газовый баллон, решетку стальную от забора, резиновый шланг и душевую лейку. Местный кулибин сказал, что " я знаю, как в америке жарят мясо сразу и помногу, я вам сейчас покажу!". После чего соединил найденные и спижженые предметы в один ансамбль без редуктора, водрузил на решетку забора свиной полубок и чиркнул спичкой. Все это компания из пяти взрослых, немного пьяных людей проделала на задворках местной агросеменной станци, мотивировав это тем, что "стена закрывала мангал от ветра и это хорошо для мяса, не подгорит". За стеной агростанции как раз находился склад удобрений и химикатов, там дремало до лета 6 центнеров селитры аммиачной, марганцевокислой постобработки для почвы, какая-то отрава от жучков и, как ни странно, зерно высших репродукций, редкое и заказное. Тоже центнеров шесть. Его много не надо, оно из одного зернышка три колоска дает.

Газ вспыхнул. Пластиковая лейка душа за минуту сгорела голубым огоньком, слегка опалив свиной полубок на решетке забора. Шланг горел еще секунд десять, потом вентиль баллона, потом... Баллон взорвался, когда аграрии уже поняли, что к чему и с криком ложись! побежали, кто куда, бросив свинину на произвол судьбы. Стена агростанции в два кирпича легла и осыпалась, открыв мешки с селитрой, которые начали тлеть от остатков баллона и сухой травы у стен. Когда аграрии донесли весть до села, покуда приехали пожарные, из агростанции валил характерный удушливый желтоватый дым. Расчет пожарных вылил свою автоцистерну, но дыма меньше не стало. В итоге в огонь пошел бульдозер и раскатал пол-агростанции в блин. Вместе с отравой, жучками и элитными зерновыми породами.

Сама я не поучаствовала, сейчас читаю журнал дежурной смены. Как мне кажется, выборы увеличивают чсв и как следствие этого растет давление мочи в мозгах. Или надо делать их чаще, чтобы привычка выработалась, или в этот день запретить выходить на улицу, голосуя у каждого на дому. Чтобы избежать.

Зерно жалко, труд многих людей и многих лет. А дураков пиз...а еще нарожает.
spicy_holo: (holo_spring)
Жаркое лето шипит, остывая,
На мокром прибрежном песке.
Путь состоялся, спасибо, родная,
За белую прядь на виске.

Спасибо за вытертый в тонкое парус,
За триста минут тепла.
Спасибо за то, что я не состарюсь,
А просто сгорю дотла.

Спасибо за ветер, разбойный и дикий,
За тысячи верст любви.
Спасибо за птиц улетающих крики,
В них слышится - s’est la vie.

Спасибо за то, что своими руками
Ты сделала нас добрей.
Спасибо за то, что вода и камень
У наших легли дверей.

Спасибо за теплые слезы прощаний,
За горечь избитых фраз.
За наш неизменный обмен вещами,
Как-будто в последний раз.

Спасибо за завтрак в плетеных креслах,
За теплый коньяк и ром.
За робкое “может” и слабое “если”
Мы это переживем.

Спасибо за письма, что ты не напишешь,
За майку с портретом Че.
За то, что ты жарко мне в шею дышишь,
Уснув на моем плече...


20.09.16
Москва-Монино
spicy_holo: (balalaika)
x_40bb08687e

Генерить бумажный траффик это любимое занятие наших госструктур. Безбумажные технологии, конечно, набирают ход, но пока все это зачатки процесса, а не сам процесс. Пристало мне тут идти менять права, десять лет пролетели, как один миг. А это значит, по месту жительства надо посетить дурку и нарку. О, дорогие мои, об этом можно слагать легенды, о нашей психиатрии и наркоборцах. Я раскинула карты и поняла, что удобнее всего начать с психушки.

Эти бедные люди работают с 08 и до 18 ежедневно, кроме воскресенья, в воскресенье они до 16 часов. Скромная очередь из пяти человек в регистратуру отнимает 40 минут жизни, ибо каждый соискатель требует трех, минимум, бумаг - договор на оказание платной медуслуги, направление к доктору, она же справка и приходник на 550 рублей. Плюс роспись в журнале прихода. Все это вручную, хорошо, хоть свет электрический. Регистратура, надо сказать, является же и приемным покоем, поэтому очередь пристально вглядывается в каждого входящего в двери чертогов скорби - уж не псих ли? Передо мной машинист метропоезда, старик-охотник, медсестра детской поликлиники, учительница средней школы (сплошь героические профессии). Все они должны пройти чек-ап. Когда очередь была уже на учительнице, двери на входе с треском распахнулись и в них влетело трое - женщина средних лет с перемазанным кровью лицом и два санитара "скорой" с вечным оранжевым чемоданом, который тоже с грохотом влетел с ними. Женщина выла в голос и зубами рвала себе нижнюю губу, санитары ловили ее судорожно машущие руки, но им мешали отсутствие координации и дурацкий чемодан. В три прыжка больная оказалась в узком проходе у окошка регистратуры и, брызгая кровью, стала бодать учительницу и подвывать. Вертухаи подоспели через секунду, но в спешке заломили руки ничего не понимающей учительнице, которая пыталась оттолкнуть от себя психичку. Обе перемазались уже кровью и орали похожими тональностями. Обе были брюнетками. И обе в джинсах. И рост похожий, средний. Учительницу подняли над полом и бодро потащили в тудысь. Психичка пригнулась, развернулась и кинулась к дверям на выход.

За мной никто очередь так и не занял. Пришлось крикнуть санитарам, что они потащили не ту совершенно женщину в узилище. Добры молодцы моментально потеряли к учительнице интерес и она дробно упала на линолеум. Погоня перенеслась на улицу и скрылась в желтеющих березах. Мы уняли истерику, оттерли с учительского лица кровь и поставили ее обратно к окошку регистратуры. Дрожащими пальцами женщина вынула деньги, но суровая регистратурша сказала, не надо, мол, оформим льготника, за счет заведения. Вот это я понимаю, борьба за клиента!

Надо сказать, что настоящего, рабочего, психиатра ни с кем из врачебной братии не спутаешь. Как нельзя перепутать спирт с компотом. Меня пригласили в кабинет, обстановка которого живо напомнила мне кадры из фильма "Man behind the sun", крашеная в белое мебель, решетки на окнах второго этажа, стеллажи с инвентарем и стол буквой Т торчком к двери. На стене между окон - портрет Императора Президента. Легкий запах хлорки и тления, видимо, от картотеки в углу. За столом две женщины в белых халатах. Обе пишут в листы. Они синхронно отрываются от писанины и я по глазам читаю, кто тут доктор, а кто просто писарь. Доктор с прической в узел и роговых очках с нулевыми диоптриями, просто для прицела. Садитесь. Берите ручку и лист. Кто ваши родители? Сколько лет отцу? Вы слышите голоса? Видите давно умерших людей?

Мляяя, а знаете что? Очень сложно врать, когда тебе задают ритм допроса и еще и отвлекают заполнением анкеты. Тем более, что по-хорошему, я должна бы ответить "да" на половину ее, как со стороны кажется, тупых вопросов. А еще я оборачиваюсь большой белой волчицей и могу запросто разнести тутошний райский уголок на фантики... Склонность к суициду? А что, млин, вся моя профессия это не склонность к суициду? У вас кто-нибудь в семье состоит на учете у нас? Я пишу в анкете место работы, а сама думаю, состоит кто-то из моих или нет? Я не знаю, может уже и да, давно не виделись )). Женщина-врач смотрит на меня из-под очков со сдержаным интересом, я смотрю на нее. Так "да", или "нет", спрашивает. Вроде, нет, говорю, я давно покинула отчий дом, и на момент покидания нет. Тааак.

А что у вас с лицом? Оно всегда такое, вот, как сейчас? А... Мм.. А какое оно у меня, спрашиваю. Ну вот такое, как-будто вы где-то не здесь, а в некоем воображаемом мире, где хорошо... Да нет, говорю, я здесь, но лицо такое, это профдеформация, защитная реакция организма на ежедневное сношение с начальством. Армейский сексизм, он, знаете ли, способствует. Ну, а вот у вас тоже такое лицо, как-будто вы тут не с людьми работаете, а занимаетесь глубинным бурением шельфа, и я понимаю, такая работа, да. Найти, расколоть, выявить, вскрыть то, что глубоко зарыто.

Тут ее анкета подошла к концу и мы перешли к тестам Роршаха. Это лебединая песня психиатрии, честно скажу. Ну что делать, если в каждой картинке я вижу наступаюшие армии Минамото и иероглифы " Моя честь - верность."? Начала выдумывать про бабочек там всяких, про голых обнаженных женщин. Кончились и карточки. Врач зачеркнула в справке поле противопоказания имет, оставила не имеет. Вы уже были в наркологии, спрашивает. Нет, говорю, хотелось начать с вас, и я не прогадала. Удовольствие было всецело моим.

Про наркологию в следуюшем посте, аххахаахааа!
spicy_holo: (kobayashi)
Когда "Медведи" были большими...

Я лежу в березовой посадке, что недалеко от периметра N-ского аэродрома дальней авиации. Этот аэродром я знаю с детства, я видела его смерть, знала, как спиваются без неба отцы моих друзей, штурмана "медведей" и водители "бэкфайеров". Сейчас иных уж нет, да и у друзей детства свои дети и свои дороги. Но когда я тут, все как-бы снова тогда. И аэродром работает, как тогда, и ползут в свете стартовых прожекторов низкие осенние тучи, и шелестят березы, изрядно подросшие с тех времен, когда. Ну, правда, гул взлетающих машин, это как фрагмент пазла, без которого не складывалась картина моего детства, моего прошлого, тот кусок, что выпал из хроники на долгие годы. Я приезжала, уезжала, переезжала, а аэродром молчал. Летчики ходили на работу с потерянными, отечными лицами, зная, что и сегодня опять на земле. Троллейбус "единичка" разворачивался у военного городка и летный капитан, сунув лицо в ворот шевретки, утыкался виском в стекло и не выходил, ехал, как говорили летчики, "на второй круг". Куда спешить, керосина все равно нет...

Увидеть в те годы взлетающего "медведя" было сродни исполнению пророчества, давно забытого, но от времени не ставшего тусклым. Стартовый коридор проходил ввиду пятого этажа нашей школы, и услышав этот звук, мы не стеснялись подойти к окну и смотреть, как медленно и уверенно машина набирает эшелон, блестя на ярком осеннем солнце. И учитель никогда нас не одергивал, он был мудр, хотя и молод. Мне тогда сказали друзья - девчонок в экипажи не берут, бэээ! И я злилась, краснея, и очень быстро стала чемпионом по "Tomcat Alley" на "сеге" в нашем д/к профсоюзов, просто из вредности вынося по очкам всех этих самоуверенных конопатых соколов.

К концу десятого класса они перестали летать совсем... Конверсия прошла отбойным молотком по нашим местным оборонным заводам и военным частям. "Медведей" начали резать, слава богу не тут, не у нас на виду, их угоняли куда-то на остатках топлива, стыдливо, ночами. Раньше с березы можно было видеть стадо хвостов под сетями у капониров, а в тот год их осталось всего-ничего. В тот же год я узнала, что мне никогда не летать, только если пассажиром авиалайнера.

А сегодня они снова проходят надо мной, низко, с давно знакомым рокочущим гулом, перетряхивают форсажем мой хрупкий организм, и я смеюсь им вслед от того, что пазл закончен. Они вернулись, я вернулась, и все на своих местах. Такая уж эта осень, оглядитесь, все на своих местах. Живые среди живых, вот они, любимые  рядом, протяни только руку и в ответ услышишь тепло, мертвые в памяти, навечно в списках части, не пустыми местами, а весом, или даже грузом, но все на месте. И школа на месте, но вход закрыт уже, не по ранжиру, увы, и осеннее солнце все так же топит в себе пятый этаж. Осень подобна ветру, она сдувает пески времени с мельчайших деталей жизни и все снова остро, снова ощутимо. И пахнут яблоками сады вдоль дорог. И хризантемы в росе. И сталь, что их срежет, все так же не знает промаха.

( из цикла "Когда "медведи" были большими", о детстве.)

Profile

spicy_holo: (Default)
spicy_holo

December 2016

S M T W T F S
     12 3
45678910
1112 13 1415 1617
181920 21 222324
25 262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 04:46 pm
Powered by Dreamwidth Studios